Восстание на дне морском

2 января 1547 года начался (и закончился) великолепный по своей организации заговор аристократии из вольного города Генуя…

Джан Луиджи Фиески.

Адмирал Андреа Дориа был далеко не последней фигурой в Итальянских войнах.  Сначала он сватался к французам, позже начал поглядывать в сторону испанцев, но, в конце концов, судьба оставила его в родной Генуе. Как только вооруженные воины Франции покинули свое поле боевых действий (Геную), их влияние на город существенно сократилось и по улицам полетела молва о новом правителе. Конечно, Андреа был политиком опытным и потому сразу объявил, что бразды правления теперь в руках аристократов. Он утверждал, что не примет ни единого важного решения, предварительно не обсудив его со всеми влиятельными родами Генуи.

Собственно, потому его знать и поддержала…первое время. Как и полагается представителям олигархической формы правления, семейство Андреа слишком уж задрало нос. Ощущая безнаказанность, родственники правящего олигарха не соблюдали ПДД, рассекая по улицам на иностранных колесницах класса «Luxury», пестрили в обществе изысканнейшими нарядами и аксессуарами, сами вершили суды и выносили приговоры провинившимся и даже не думали оплачивать налоги в казну города-государства. Подобное поведение показалось недопустимым для других богатых родов, что не могли смотреть, как Дориа упиваются всевластием без них.

Генуя во всей красе.

Волны недовольства накрывали страдающую аристократию и во главе возмутившихся стал Джан Луиджи Фиески. Он был представителем одной из самых древних и знаменитых семей Генуи. По свидетельствам современников, Джан Луиджи был горяч, честолюбив, предприимчив и отважен. Он страстно мечтал о славе. Кстати, кроме всего прочего, Фиески были знатные меценаты.  Конечно, умный торговец нищему еды не даст. Лучше, вместо рыбы, дать страждущему удочку и драть с него процент за каждую пойманную им рыбку. Но факт остается фактом, торговцам, ремесленникам и предпринимателям он оказывал всяческую помощь, потому-то его и любили на местных рынках.

Бунтарские мысли поступали в голову Луиджи от не менее влиятельных людей, чем он сам. В первую очередь французы, делавшие Фиески недвусмысленные предложения и обещавшие немалые деньги. Ну и Папа Павел III, ненавидевший Андреа Дориа за то, что тот активно помогал усилению влияния императора Карла V в Италии в ущерб римским делам. Заграничные союзники с сочувствием и пониманием признавали, сколь тяжело энергичному и отважному синьору жить в Республике, фактически заправляемой лишь кучкой алчных, властолюбивых и ничтожных олигархов, препятствующих возвышению другой семьи олигархов любой незаурядной личности. Не стоит забывать, что Луиджи бизнесмен и начал предпринимать конкретные действия, только после того, как ему Папа выделил деньжат на восстание. 

За эти деньги он приобрел четыре вооруженные галеры (у французов, скорее всего), которые в нужный момент должны были проникнуть в порт и взять под стражу местный флот. К тому же, бунтарь постарался незаметно ввести в город наемников. Да, незаметно. Да, армию. Да, в город. Как бы это не звучало, но тут Луиджи проявил смекалочку. 

Одни из них должны были проникнуть в город под видом солдат генуэзского гарнизона, другие как свободные кондотьеры, пришедшие наниматься на службу. Многим пришлось выдавать себя за каторжников и даже за гребцов галерного флота. Таким образом, в самом скором времени под командованием Фиески в городе собралось несколько тысяч (от 5 до 10) вооруженных человек. Поразительно не только количество солдат под прикрытием, а и то, что большинство из них совершенно ничего не знали об его истинных намерениях.

В ночь с 1 на 2 января 1547 года в резиденцию Фиески торопилось больше мужчин, чем на открытие нового борделя. 30 знатных дворян заперли двери изнутри и заслушали речь Луиджи. То ли аристократия слишком желала смены власти, то ли Фиески был неплохим оратором, что смог описать все прелести переворота – не столь важно. Знать его поддержала. Джан Луиджи Фиески обладал всем тем, что нужно для успешного переворота. У него в кармане местные торгаши, что создают ему образ мецената, улицы кишат его тайными солдатами, за спиной дворяне и заграничная поддержка. История знает далеко не одно восстание, что было менее перспективным, но окончилось успехом.

В ту же ночь, выйдя из своего дворца в сопровождении верных ему людей, граф Фиески отправил каждого на заранее намеченный пост. Сигналом к началу восстания послужил орудийный залп из галер. Заговорщики приступили к исполнению намеченных указаний. Ночной грохот вывел на улицы толпы недоумевающих людей, где обученные люди уже заняли свои места и начали организовано доносить до черни информацию о начале переворота. Первым делом бунтари схватили Джаннеттино Дориа, племянника, что, будучи родственником правящего олигарха, слишком уж многое себе позволял. Куда толпа дела кусочки мажорного тела все ещё не ясно.

Сам же виновник ночных страстей, Андреа Дориа, второй день скрывался в личном замке за 15 миль от Генуи. Помните, мы упоминали, что он был опытным политиком? Зоркий глаз престарелого адмирала углядел, что в городе что-то не так и, предвкушая плохое, устремился вместе с телом подальше от возможной опасности.

Андреа Дориа и его зоркий глаз.

Тем временем, в Генуе восстание шло полным ходом. Организованная толпа недовольных желала вешать тех, кто, как оказалось, их обворовывал. Луиджи Фиески, расставив стражу в самых важных местах города, стремительно направился проверить обстановку в порту. Он ликовал, все шло по плану: наемники подавляют немногочисленных восставших стражников, галеры захватили власть в порту, провластная знать сидит дома и надеется, что чернь не бросится грабить их дворцы, а сама толпа уверено требует отставки действующего правительства (о побеге Андреа он не знал). То ли желание проверить обстановку, то ли дать новые указания капитану вынудили Луиджи подняться на галеру.

Сделав несколько шагов по деревянным сходням, кусок гнилого дерева проломился, и новоиспеченный революционер в своих тяжелых металлических доспехах упал в воду. Мрак ночи, грохот и шум, раздававшиеся со всех сторон, не позволили восставшим сразу хватиться пропавшего предводителя. Так, ничего и не зная о его судьбе, они успешно овладели портом. Толпа собралась у дворца сенаторов и начала вопить стандартные лозунги о коррупции и несправедливости. Эти крики должны были стать разогревом перед решающей речью предводителя Луиджи, но организатор уж слишком задержался.

Тем временем, ко дворцу докатился слушок об исчезновении главного заговорщика. Власти воспрянули духом и отдали приказы гвардии защищать законное правительство. Пыл заговорщиков начал угасать, и многие даже покинули их ряды при первом же известии о пропаже предводителя. Братья организатора поспешно разбежались в Испанию и Франию. Надежды семьи Фиески на правление в Генуе канули ко дну быстрее, чем сам Луиджи в тяжелом железе.  Все участники заговора из семьи Фиески были заочно приговорены к смерти, их дворец сровняли с землей, а наследников лишили всех прав и владений. Тело несчастного Луиджи Фиески было найдено на дне морском только четыре дня спустя и по приказу Андреа Дориа брошено обратно в море.

Кстати, драма Фридриха Шиллера «Заговор Фиеско в Генуе» — это художественное произведение, где историческая достоверность заменяется неподтвержденными мотивами (месть, любовь, мавр-убийца).

 

 

 

 

 




Комментарии:

Add a Comment

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *